Сегодня родились:
Серега
Серега — История о бывшем дворовом хулигане...
Серега — История о бывшем дворовом хулигане... (текст песни)
Как узнал про Лёньку Финта, так в глазах стало темно: Как на прошлой на субботе на десятом километре от дороги кольцевой, Хоронили люди Лёньку, короля московских улиц и за гробом его шли толпой, Там народу было много: и друзей ево, бандитов всех мастей и пустых зевак. И все рыдали-причитали и катили лимузины, а впереди - белый кадиллак. В кадиллаке том ехал за рулём Мишка он же Шнырь, Лёньки правая рука Рядом с ним сидела-плакала вдова ево, Параня, на лицо белая как мука А за спиной её сидели молча оба ево сына, пацаны, ево кровиночки, Собралися видно в тот день в город погулять, а попали на поминочки. Лёнька Мальцев был популярен и любим в народе и когда ево закапвали, То стояла тишина такая, шо аж слышно было, как голубки в небе плакали. И в истерике билася вдова его Параня, и причитала вся из-себя, На кого ты нас покинул, Лёня, хто тебе кинул, Лёня хто из них продал тебя? Ай-ай-ай... Лёня Мальцев и Мишка Шнырь были корешами закадычными Подружилися ишо, когда были во дворе малолетками обычными. А по юности связалися они со шпаной и хулиганами столичными, И стали тёмные дела мутить, с наганами ходить и сорить везде наличными. Говорили, шо Лёня Мальцев вышел из детдома, был там хилым и ростом мал, там его жизни научили, колотили ево, били и только чудом он там не пропал. Говорили ишо шо он был отличный форвард и болел за Спартаком, И за эту ево страсть все дворовые ребята стали называть ево Финтом. А про Мишку Шныря, ево кореша, говорили улицами всякое, Шо отец ево -ментон, шо он сам мажор и фраер, в общем, пятое-десятое. А только Мишка наплевал на всё, был КМС по боксу и он гонял весь городок. И они уже тогда были в авторитете и лепили за скоком скок. Ай-ай-ай... Вот постарше они стали, Лёнька Финт и Мишка Шнырь, корифаны закадачные. И на улицах все знали их, их силу уважали все бандюки столичные, И какая бы беда не случилась, эти пацаны решали вопрос любой, И Лёня Финт был при этом королём, а Миша Шнырь был всегда правою рукой. И менты, и коммерсанты водили с ними дружбу - и всё то было хорошо, но однажды пацаны ждали Финта на разборку - а он чего-й то не пришёл. Пол-москвы обыскали сорви-головы-жиганы, всё шмонали и всех трясли, А потом его случайно на десятом километре от дороги кольцевой нашли. В ту ночь видали очевидцы, шо он садился в иномарку белую, номерами местную, Хто за рулём был, не признали - в общем - Лёнька был убит чей-то пулей неизвестною. Мишка Шнырь был ево правою рукой и без короны не осталася империя. И на могиле он сказал три слова: не боюся, не прошу и никому не верю я. Ай-ай-ай... Как на прошлой на субботе на десятом километре от дороги кольцевой, Хоронили люди Лёньку, короля московских улиц и за гробом его шли толпой, Там народу было много: и друзей ево, бандитов всех мастей и пустых зевак. И все рыдали-причитали и катили лимузины, а впереди - белый кадиллак...